Кропивницкий: возвращение кировоградского Вергилия

11 нояб 2016 09:08 2011 0
Кропивницкий: возвращение кировоградского Вергилия


22 декабря 1993 года в Кировограде умер самый загадочный коллекционер СССР Александр Ильин. Многие горожане считали этого чудаковатого электрика Плюшкиным, который превратил свой дом в хранилище древностей. И лишь некоторые (а таких были единицы) понимали, что Александр Борисович не так уж прост, каким кажется на первый взгляд.

Это был человек энциклопедически образованный, знающий истинную ценность произведений искусства, и готовый отдать последнюю копейку за право ими обладать. После его смерти оказалось, что в небольшой захламленной комнатушке, где коллекционер скромно жил в одиночестве, хранились уникальные коллекции картин, книг, посуды, оружия, скульптур, икон и прочих бесценных предметов. Благодаря Ильину городу и горожанам остались в наследство ценнейшие шедевры мировой культуры, которые сегодня можно увидеть в областном краеведческом музее и в библиотеке Чижевского.
Похоронили Александра Ильина тихо и незаметно. Более 20 лет его заброшенная могила на Дальневосточном кладбище зарастала сорняками, пока об этом не написала газета «Украина Центр». Галерист и меценат Николай Цуканов решил, что имя Александра Борисовича необходимо вернуть из небытия. В начале сентября вместе с небольшой группой единомышлеников он взялся за благоустройство могилы. 10 октября все, кто был причастен к этому благородному делу, собрались для изготовление памятников из гранита. Александра Ильина вспоминали добрыми словами и с благодарностью его ученики  и последователи.
Николай Цуканов, собственник галереи «Елисаветград»:
— Все началось с того, что я прочитал статью о том, что неблагодарные потомки не могут поставить памятник Ильину. Мне показалось, что это несправедливо. Я поехал на кладбище, разыскал могилу. Она заросла сорняками, ее мало кто посещал. Я подумал: надо поставить памятник этому человеку. Это и будет наш вклад в летопись нашего города. Было множество задумок поставить на его могиле именно камень. Пришлось звонить в Светловодск, договариваться с руководством карьера, а также с медальером Вячеславом Поповым, который сделал надпись. Пришлось восстанавливать документы, которые уже были изготовлены для этого проекта, но куда–то пропали. Вячеслав Васильевич сам поехал на карьер, провел там почти восемь часов, перебирая камни, чтобы найти тот, который соответствовал задумке. Депутат Кировоградского горсовета Сергей Крипак дал машину, чтобы перевезти этот камень на место. Но нужно было эту полуторатонную глыбу затащить к могиле по узенькой тропинке, не задев другие надгробия. Я подумал: раз уж мы взялись за это дело, нужно проложить дорожку, по которой людям будет удобно проходить к Александру Ильину, и выложить ее плиткой. Не хотелось привлекать кого–то из богатых людей, а сделать все самим. Внести 100, 200 или 300 гривен, чтобы почувствовать: это наше общее дело. Мне позвонил замдекана факультета економики и менеджмента КНТУ Максим Лынченко и организовал команду студентов–гиревиков, которые помогли перетащить камень и даже денег за это не взяли. Петр Виняр, Дмитрий Дубчек, Денис Билык, Артем Андрущенко, Николай Харченко практически пронесли этот камень на руках. Директор кладбища Василий Сергеевич Павленко помогал советом, депутат горсовета Андрей Кролевец — финансами. Многие люди, принимавшие участие в нашем проекте, пожелали остаться неизвестными.
В процессе работы я коренным образом изменил свое отношение к Ильину. Когда я только узнал о нем, мне он показался скрягой, который все тащил домой. Но потом пришло понимание, что это высочайшего уровня человек, волею судьбы оказавшийся не в том времени. Если бы он жил сегодня вместе с нами, он бы написал не одну книгу о том, как заниматься коллекционированием и, главное, как правильно сохранять раритеты. Чем больше я узнавал об этом человеке, тем больше понимал его уникальную сущность. Конечно, в нем, как и в каждом из нас, были отрицательные черты. Но добрые дела, несомненно, намного сильнее их. Думаю, его имя заинтересует туристов, приезжающих в наш город. Александр Ильин — это один из символов, которые нужно беречь и уважать.   
Юрий Тютюшкин, коллекционер:
— Мне было очень приятно встречаться с Александром Борисовичем. Мы виделись часто, почти ежедневно общались. Он показывал свои работы, делился опытом переплета книг. Мы с ним ходили по базару, искали уникальные предметы. Благодаря ему я познакомился с писателем Николаем Смоленчуком, другими интересными людьми. Он говорил: «Пойди туда, там есть хороший материал по нашему городу. Возьми это, сохрани». Жалею, что не послушал его. Сколько раз он говорил: «Пойди, сфотографируй внутренний вид Покровской (Ковалевской) церкви!» Я все откладывал, а потом ее начали реставрировать, и все убранство было утрачено…      
Константин Шляховой, краевед:
— Я не знал Александра Борисовича лично, только слышал рассказы о нем. Но осталось впечатление от его коллекции. После смерти Ильина я в составе комиссии участвовал в ее извлечении. Впечатление было сродни шоку: столько всего в одном месте, такое разнообразие артефактов! Масштабность, значимость этих сокровищ — и одновременно загроможденность помещения, где они хранились. Это было такое накопление, которое невозможно представить даже коллекционеру. Поразило его отношение к любым вещам, к обыкновенным предметам быта. Например, во время работы комиссии нас послали на чердак, где хранились далеко не коллекционные вещи — все ненужное, что жалко выбросить. Там я обнаружил еще дореволюционные аптечные пузырьки, коробочки с лекарствами, лекарства, порошки в бумажных пакетиках, пилюли. Все это было аккуратно сложено и подписано. Когда я это увидел, сказал: «Это все нужно забрать и устроить в краеведческом музее отличную выставку!» Такое отношение к обыденным вещам превращает их в настоящие ценности. Самое главное, что запечатлелось в моей памяти, — это был человек необыкновенный.
Александр Чуднов, краевед:
— Когда–то мы с Александром Борисовичем обсуждали работу Георгия Флоровского о ранних отцах церкви. Особенно запомнилась фраза, которую я даже записал: «Книги и вещи на расстоянии дыхания дарили ему радость быть, а не только иметь». Спустя время я понял, что эти слова наиболее точно характеризуют Ильина, и они стали эпитафией на его могильном камне. Александр Борисович помог мне стать тем, кем я есть сейчас. Каждую новую книжку я приносил и показывал ему. Это было обоюдно интересное общение, Александр Борисович всегда поддерживал меня. Большое счастье, когда есть человек, который говорит: «Да, ты не знаешь! Но ты можешь узнать». Александр Ильин стал моим Вергилием. К сожалению, я был слишком занят и упустил момент, когда Александр Борисович умер.
То, что происходит сегодня, очень знаково и значительно. Почти 120 лет тому назад общественность Елисаветграда на свои средства создала памятник Виктору Ивановичу Григоровичу. Это был единственный памятник во всей Российской Империи, созданный на общественные деньги не генералу, не царю, а ученому, который приехал в заштатный городок увидеть и изучить Елисаветградское Евангелие. Сегодня мы открываем второй такой памятник.   
Александр Борисович Ильин всю жизнь гонялся за этим Евангелием, мечтал подержать его в руках. Наконец–то его мечта реализована, и сегодня Елисаветградское Евангелие можно найти по ссылке в Интернете за несколько секунд.     

Справка. Елисаветградское Евангелие копирует Евангелие болгарского царя Иоанна–Александра, написанное в 1356 году, и украшено скопированными с него миниатюрами в неовизантийском стиле. Сохранена миниатюра с ктиторским портретом царя Иоанна–Александра, помещённая перед Евангелием от Матфея.
В 2009 году благотворительный фонд «Общество любителей древней письменности», возглавляемый Германом Стерлиговым, выпустил факсимильное издание Елисаветградского Евангелия тиражом в 10 000 экземпляров. Издание было бесплатно распространено среди всех желающих при наличии у них детей в возрасте до 12 лет. Хотя изначально планировалось платное распространение книги. (Википедия).
Вторая мечта у него была — иметь копию Радзивилловской летописи. Эта древняя книга — окно в мир. Там огромное количество иллюстраций, как и в Елисаветградском Евангелии. Просто листайте — и вы увидите целый фильм о жизни людей, описанный пусть примитивным, но художником. Его имя мы не знаем и никогда не узнаем. Когда Александр Борисович ушел, была издана потрясающая книга Радзивилловской летописи, и я пыталя ее найти и купить. Тогда она стоила около 5 тыс рублей — это были огромные деньги. Но нашлись люди, которые вынули эти деньги из своего кармана. Я не могу сказать, кто эти люди, потому что деньги мне принес Валерий Михайлович Репало, и мы купили эту книгу. Сегодня уникальный том Радзивилловской летописи есть в нашей библиотеке Чижевского. Каждый может посмотреть на этот шедевр. Конечно, это репринт. Книга хранится в одном экземпляре, так же, как и Елисаветградское Евангелие. Так что вот такая связь эпох.
Еще символичный факт. Виктор Иванович Григорович составил три уникальных книжных коллекции и воспитал тех выдающихся преподавателей, которые создали Елисаветградское земское училище: Ястребов, Завадский и другие. Я очень надеюсь, что сегодняшнее событие поможет городу быть именно городом, а не превратиться в «Сельпо» или бесконечную ярмарку.
Самое удивительное, что когда уже начался процесс обустройства могилы Александра Борисовича, мне на душе стало легко. Я подсознательно чувствовал себя виноватым в том, что его могила 23 года стояла неухоженная. Нет, Александр Ильин не исчез. Он стал частью нашей культуры, нашей повседневности. Причем не просто на уровне имени, факта, события, а на уровне эмоционального присутствия в жизни. Достаточно вспомнить художественный сериал «Синдром дракона». К нему можно по–разному относиться, но дух отношения человека и вещи, человека и мира, человека и общества в нем есть. Думаю, что каждое новое поколение людей, которые услышат имя Александр Борисовича Ильина, будет лучше понимать, чем он занимался, зачем жил. Я ему благодарен за многое. Он научил меня чувствовать красоту книги. Не просто книги как предмета обожания, а какого–то важного, необходимого и, в конце концов, вечного элемента нашего присутствия на Земле. Он научил меня слушать людей, понимать, что прошлое — это многоголосие, которое существовало в его коллекции. У Александра Борисовича была любимая фраза в «Фаусте» Гете: «Вначале было дело, и дело было Бог». Я надеюсь, что это первый шаг к возвращению Ильина.

Людмила Макей

Комментарии
Ничего не найдено.

Оставить комментарий