Виктор Михайличенко: Первое время мы семьей жили в театральном буфете

4 июня 2016 16:14 2571 0
Виктор Михайличенко: Первое время мы семьей жили в театральном буфете

Галерея «Елисаветград» все чаще становится местом особых эстетических открытий и откровений. Ее собственник Николай Цуканов обладает удивительным свойством не только устраивать интересные экспозиции, но и открывать таланты. Кажется, он решительно взялся за украинских акварелистов, потихоньку подтягивая их в Кировоград. Любители живописи помнят нашумевшую в прошлом году выставку одесских художников Анатолия и Галины Кравченко «Роман с акварелью». А в прошлый четверг в галерее открылась выставка «Праздник акварели» лауреата государственной премии Узбекистана Виктора Михайличенко, которого Николай Николаевич представил публике как «лучшего акварелиста Сумщины».

Это более 40 совершенно невесомых работ, словно сотканных из воздуха и света. Причем изображены на них вполне земные вещи, на которые большинство из нас не обращает внимания: лужа посреди дороги, заросший кувшинками пруд, неприглядный домик под хмурым небом, букет черемухи на столе. Не знаю, как он это делает, но после прикосновения его кисти эти прозаические картинки из повседневной жизни превращаются в настоящие шедевры. Грязное болото становится волшебным зеркалом, в котором отражается небо с бегущими облаками; сгнивший деревянный мостик через ручей ведет в сказочную даль, колокольня старой церквушки вот-вот разольет над селом мелодичный перезвон Благовеста.

Может, это волшебство из-за того, что Виктор Михайличенко – театральный художник, выпускник Ташкентского театрально-художественного института имени Островского. Впрочем, обо всем по порядку от первого лица.

- Мне в детстве нравилось рисовать, отец часто привлекал меня к творчеству, - рассказывает Виктор Михайличенко. – Он работал на заводе и рисовал стенгазеты, в доме всегда были карандаши и краски. Потом я записался в художественный кружок при заводе. После него поступил в Ташкентское художественное училище имени Бенькова. С тех все и пошло.

- Вы родились и выросли в Ташкенте. А как оказались в Украине?

-  Мы жили в Фергане, когда в 1990 году там случился межэтнический конфликт между узбеками и турками-месхетинцами. Надо было куда-то уезжать, и мы выбрали Сумы, откуда родом был мой отец. Я искал работу по специальности в разных городах. Нашел в Белгороде, но меня опередил другой человек. Решили заехать на несколько дней к родственникам в Сумы. Зашел в театр драмы и комедии имени Щепкина, спрашиваю: «Художник у вас есть?» А мне отвечают: «Уже четыре года мучаемся без художника». Я показал свои работы, мне предложили поставить спектакль в качестве творческого испытания. Очень как трудно было читать сценарий – я ведь по-украински не знал ни слова. Мне вкратце пересказали содержание, я нарисовал эскизы. Спектакль поставили и меня приняли на работу. Правда, долго не удавалось решить жилищный вопрос: я ведь приехал не один, а с женой и сыном. Обещали дать квартиру через год, но прошло и два, и три года – а воз и ныне там. Руководство театра предложило переехать в появившуюся вдруг однокомнатную квартиру, но пока семейство сюда переправил – пропала и она. Нас поселили в театральном буфете. Потом нам дали комнату в общежитии, а вскоре мы перебрались в собственную квартиру.

- Какая романтичная история!

- Не очень. В театре я проработал с 1993 по 1998 год. Но наступило сложное время, актерам перестали платить зарплату, и они пожаловались на своего директора высшему руководству. Сняли с должности начальника управления культуры и директора театра, а на его место поставили совершенно далекую от культуры даму, в трудовой книжке которой было записано: «оператор котельной». Она распорядилась установить перед занавесом рекламный щит. Так возник конфликт, в результате которого мне пришлось из театра уйти. А заодно уволились и жена (она тоже театральный художник) и сын, который работал старшим декоратором и художником по костюмам.

- Как же вы выживали?        

- Слава Богу, Национальный союз художников дал мне помещение под мастерскую, и я серьезно занялся акварелью. Я вышел на улицу, нарисовал несколько городских пейзажей. Стою вместе с самодеятельными художниками, продаю картины. Проходящие мимо члены областной организации союза художников пытались меня устыдить: мол, вас же весь город знает, а вы позоритесь. Но я ответил: «Я не побираюсь, а продаю свое творчество». Потом начал ездить в Киев, на Андреевский спуск, и там меня тоже заметили. В 2000 году предложили устроить персональную выставку в столице, после чего каждый год приглашают на вернисажи. Так совершенно неожиданно мое хобби переросло в профессию, которая стала не только кормить, но и принесла известность.

- О вас говорят, как о лучшем акварелисте Сумщины.

- На самом деле нельзя сказать, что какой-то один художник лучший, а кто-то нет. Каждый работает в своей оригинальной технике, пишет в характерном стиле. Мне, например, нравится писать пейзажи, передавать настроение, а кому-то писать портреты или натюрморты. Каждый художник по-своему лучший.

- У вас есть любимое место на земле, которое хочется писать без конца?

- Таких место очень много. Я каждый год сплавляюсь по рекам на байдарке. По пути нахожу новые виды, пейзажи, собираю ощущения. Хотя если одно и то же место долго писать – не выживешь. Сюжеты открываешь, если что-то видишь с натуры. А если сидишь в мастерской – ничего не увидишь. Я пишу небольшие этюды, которые уже в мастерской переосмысливаю и готовлю для выставки. Я очень люблю писать природу, воду. Бывает, лето, жара, духота, смотришь на дорогу – нечего писать! А дождичек прошел – все ожило, заиграло, задышало. Сразу хочется это нарисовать. Я вот недавно купил себе надувную лодку. Люблю выехать с палаткой на недельку, чтоб у костра посидеть, рыбку половить. Останавливаюсь посреди реки и не знаю, то ли пейзажи писать, то ли рыбу удить? Приспособился, удочку бросаю и сажусь писать. До вечера на уху налавливается. Как-то я сидел на берегу и писал красивенную лужу. Рядом этюдник, сумка с вещами. Тут же дорога идет к рощице, куда ходят местные жители за березовым соком. Один остановился и говорит: «Не могу понять: как ты рыбу здесь ловишь без удочки?» Я отвечаю совершенно серьезно: «У меня домки!» «И что, ловится?» - спрашивает. «Да, - отвечаю, - карасик идет».

- Натура мастера очень тонка и часто подвержена творческим кризисам. У вас есть рецепты, как из них выходить?

- Я не знаю, что такое творческий кризис. Бывает, выставка закончилась и думаешь: «А что же дальше?» Я, например, в прошлом году делал выставку к своему 65-летию. Готовился, выдохся, подумал: следующую организую уже к 70-летию. А потом увидел – а люди смотрят, им нравится. Зарядился энергией позитива и понял: зачем еще пять лет ждать? Наверное, буду и на следующий год вернисаж готовить. А недавно познакомился на Андреевском спуске с девушкой, смотрю, у нее хорошая акварель. Предложил вместе устроить выставку в Запорожье. А в прошлом году мои работы увидел собственник галереи «Еслисаветград» Николай Цуканов и предложил провести выставку в Кировограде. Я согласился.

- Выставки приносят доходы?

- Во время выставок окупаются материалы, перевозка и оформление работ. Хватает немного на краски, чтобы купить на целый год и больше не беспокоиться бытовыми вопросами. Хотя, если честно, на этом особенно не разбогатеешь.

Людмила Макей          

   

   

Комментарии
Ничего не найдено.

Оставить комментарий